история
современность

ДРЕВНЕЙШИЙ ГОРОД СТРАНЫ ЧАЧ

ДРЕВНЕЙШИЙ ГОРОД СТРАНЫ ЧАЧ

Крупный арабский географ Х в. ал-Истахри, описывая владения Центральной Азии, сообщает, что ни в Хорасане, ни в Мавераннахре нет другой такой страны, подобной Чачу, по обилию крупных населенных пунктов с соборными мечетями (что у арабов было признаком городского статуса) и цветущих селений, которые тянутся сплошной зеленой полосой от гор до реки Чача (Сырдарьи).

В начале прошлого столетия культурную общественность Ташкента взволновали сообщения о том, что могучая Сырдарья ломает берега, смывая какие-то древние жилые строения на крутой излучине русла в 85 км от Ташкента.

По реке плывут сундуки со свитками старинных рукописей и гигантские сосуды. А вдоль берега зияют глубокие колодцы, устья сводов и системы подземных коммуникаций. На берег выбрасываются позеленевшие монеты и яркие глазурованные сосуды. Срочно выехавшие в этот район краеведы обнаружили грандиозные руины древнего города, известные в народе под названием Шаркия (Восточная). Пожалуй, нет ни одного памятника в Ташкентском оазисе, с которым было бы связано столько легенд и сказаний. Это сказания о героических битвах с ордами захватчиков, о скрытых переходах под рекой, о таинственных кладах, есть даже забавная притча о погоне горожанина за упрямым козлом, бежавшим по крышам домов от Шаркии до Аблыга. В этих легендах сквозь сказочную оболочку проглядывают и исторические сведения о борьбе горожан с войсками Чингисхана, о густой застройке Шаркии, о ее ученых и героях.

Совсем немного времени понадобилось исследователям, чтобы под призрачным названием Шаркии увидеть одну из крупнейших крепостей государства Амира Темура – Шахрухию. Во время восточного похода 1392 г., оценив стратегическую роль города у переправы через Сырдарью, Амир Темур приказал обнести его системой защитных сооружений и назвал именем младшего сына.



Так выглядели античные города

Но под фундаментами этой крепости археологи открыли остатки более древнего и более таинственного города. Самая возвышенная часть на обрыве Сырдарьи, разрезанная рекой, имеет форму треугольника. Но раньше это был четкий квадрат с укреплениями стен и рвами. Так обычно выглядели античные города, возводившиеся в эллинистическую пору. Мощные культурные наслоения увели археологов на глубину 20 м, где была обнаружена вылепленная от руки посуда кочевников, принявших оседлый образ жизни более двух тысячелетий тому назад. Город вырос у переправы на самой ранней транспортной магистрали Великого шелкового пути, проходившей из Самарканда в Китай.

В средневековых источниках он известен как Бенакет, славившийся своими базарами и изобилием товаров. Особую известность получили знаменитые «бенакетские ткани», которые носила вся восточная элита – от окружения халифа до степной кочевой знати.

Но были города и древнее Бенакета. В первую очередь это столица страны Чач.



Столица легендарного Сиявуша

Руины древней столицы хорошо сохранились среди самых ранних городов Чача. У местных жителей это место известно как городище Канка. В этом имени явственно угадывается название могучей античной державы Кангюй, или, по терминологии Авесты, Кангхи (ок. II в. до н. э. – ок. IV в. н. э.), в состав которой входил Чач.

В поэтической истории под похожим названием – Кангдиз упоминается столица легендарного героя «Шахнаме» Сиявуша. Это – город с рядами мощных стен, роскошными замками и садами, высоким дворцом, живописными галереями, украшенными сценами охоты, сражений и забав царей.

Сказочная поэма Фирдоуси, основанная на древних преданиях, недалека от истины. Канка представляет собой остатки трех, вписанных одна в другую крепостей. Наибольший интерес вызывает малая крепость, построенная по канонам эллинистического градостроительства с мощной фортификацией, цитаделью-арком и дворцом правителя, стены которого поднимаются на 50 м над уровнем реки.

В античное время этот город связывается с «Антиохией Заяксартской», возведенной Антиохом, сыном Селевка – полководца Александра Македонского.

Столетия спустя город вошел в состав могучего Кангюя. Некоторые исследователи склонны видеть в Канке зимнюю ставку кангюйского царя. Как столичный центр город вырос задолго до сложения Великого шелкового пути.



Бирюзовая страна Чач

Раскопки Бинкета, Шахрухии, Чинанчкета (Китайского города) свидетельствуют о том, что Сырдарья с глубокой древности была ретранслятором и этнических культур, и товаров, а связующим звеном на ней был Чач, или, как его называли китайцы, Ши.

В китайских текстах термин «ши» означал «камень» или «драгоценный камень». Ученых больше привлек первый вариант, что привело к толкованиям названия владения и его столицы как «каменная крепость» или «каменный город». Но в китайских источниках сообщается о том, что к востоку от столицы были известны богатейшие копи, в которых добывалась бирюза. А на международных торговых трассах Чач был известен как распространитель этого самоцвета. Между прочим, в древнетюркском словаре само название «бирюза» звучит как «чач».

Активное участие Чача – крупного урбанизированного региона с главным городом в центре – в торговле на трассах Великого шелкового пути сопровождалось выпуском собственной монеты. На древних монетах Чача мы видим портреты правителя: мужское лицо, молодое или пожилое, орлиный профиль, локоны волос, прикрытые шлемом, или перевязанные диадемой, на груди гривна. На оборотной стороне – родовая тамга и надпись: – «Царь Чача». И самое интересное, такие же портреты мы видим на сохранившихся глиняных печатях-буллах, которыми опечатывались дары храма. На них изображены жрецы храма и надписи с их титулами и именами. Это говорит о том, что правитель Чача был и верховным жрецом главного храма государства.

Ко II веку до н. э. относится здание оригинальной крестообразной планировки, окруженное кольцевой стеной, на городище Шаштепа в южной части Ташкента. Перед археологами открываются сырцовые стены, арки проходов, сводчатые комнаты, стены которых окрашены в красный цвет. Необычная планировка здания выдает в нем специальное назначение – храм огнепоклонников, который строился по принципу сочетания креста и круга – древнейших символов солнца.

Изучая крестообразное здание Шаштепа, можно заключить, что как кочевое население, так и обитатели первых городов Ташкентского оазиса были солнцепоклонниками. Для нас это сооружение важно тем, что это первое здание, в конструкции которого отразились навыки градостроения выходцев из оазисов низовьев Сырдарьи, осевших в долине Чирчика. Отсюда ведет свое начало история градостроительства на территории Ташкента.



Мингурик – город древних огнепоклонников



Микрооазис, в изобилии снабженный водой, был удобен для развития земледелия. Население росло, и вдоль протока Салар был выстроен ряд поселений. Одним из них стал пункт, известный сегодня как городище Мингурик. Оно расположено в центре современного Ташкента, вблизи Северного вокзала. В XIX в. здесь зеленели рощи урюковых деревьев, от которых и пошло современное название руин древнего города.

В нижних слоях городища встречены элементы эллинистической культуры в виде керамики, появившейся здесь более двух тысяч лет назад.

Город был одним из крупных центров государства Кангюй. Развиваясь одновременно с Антиохией Заяксартской, которая, как сказано выше, была его столицей и экономическим центром, Мингурик же, вероятно, был главным религиозным центром государства. Об этом свидетельствует изученное археологами сооружение внутри высокого бугра, которое имело ту же планировку, что и здание на Шаштепа, но с полукруглыми башнями. Сооружение было связано с возжиганием огня, алтари которого, видимо, были расположены на верхней площадке этого здания. Это монументальное сооружение было в одном ареале с аналогичными зданиями, и вместе они, по всей видимости, составляли крупный религиозный центр, где продолжались традиции поклонения солнцу и открытому огню, т. е. в виде, еще не реформированном Зороастром. Не случайно в Авесте Кангха именуется «высокой и священной», эти эпитеты свидетельствуют о древнейшей религиозной ситуации за Яксартом.

Археологами открыто культовое сооружение на Мингурике, видимо привлекавшее по праздникам большие толпы народа, и стало ядром города, которому суждено было вырасти в крупнейшую городскую агломерацию. К ней в первой трети VII века н. э. перешла роль столицы государства Чач. Видимо, к ней относится и название Мадинат-аш-Шаш, приводимое в более поздних арабских источниках. Обретение городом столичного статуса подтверждается возведением здесь парадного комплекса, который можно считать официальным дворцом правителя VII – VIII вв. Подобно дворцам правителей других самостоятельных владений в Согде и Бактрии, он включал залы и кулуары с богатым убранством, украшенные многоцветными сюжетными росписями, с изображениями культовых церемоний и сюжетов народного эпоса, как и в раннесредневековом Самарканде.

Исследование дворца на Мингурике, а также летней резиденции правителей Чача, обнаруженной археологами на городище Актепа Юнусабадское, убеждает в том, что вся эта область входила в ареал распространения согдийской культуры, считавшейся наивысшим эталоном культурных достижений Центральной Азии в доарабскую эпоху.

Столица Чача по-прежнему оставалась крупным религиозным центром, в среде ее жителей процветали земледельческие культы, огнепоклонничество, почитание обожествленных предков. С VI–VII вв. распространился зороастрийский обряд захоронения очищенных костей в глиняных ящичках-оссуариях. Изготовление оссуариев, стенки которых украшались резным орнаментом, а навершия – скульптурами баранов и птиц, человеческими лицами, было особым видом ремесла и искусства в Чаче.

Как феникс из пепла…



Согласно сведениям арабского историка ат-Табари, в результате ряда походов арабов в Чач «все селения Шаша были сожжены». Археологические раскопки в самом Ташкенте выявили наглядную картину разрушений и пожаров. Но столица была выстроена заново в восьми километрах к северо-западу от пепелища на новых землях, которые до этого входили в округу мадины Шаша (руины этого города погребены под застройкой Ташкента XIX в.).

По данным письменных источников и нумизматики, столица называлась по-прежнему Шаш, или мадина Шаша. В арабских источниках IX–X веков упомянуто еще одно ее название – Бинкат. Город быстро развивался экономически и к XI в. достиг своего расцвета. В конце X–XI вв. Беруни и Махмуд Кашгарский впервые приводят еще одно его название – Ташкент.

Это был город развитого ремесла и торговли, искусства и духовной культуры. Ремесло питалось рудными богатствами Чаткальских и Кураминских гор. Активно развивалась торговля с кочевниками. Источники называют ряд эксклюзивных товаров, вывозимых из Бинката-Ташкента, в их числе продукция гончарного ремесла, которая почиталась как не имевшая себе равных. Особенно славилась белофонная посуда с арабскими афоризмами и изречениями факихов.

Основой процветания города, многократного возрождения и сохранения ведущей роли на протяжении веков стало его благоприятное географическое расположение на межконтинентальных торговых путях, которые не теряют своей важности и сегодня.

Юрий БУРЯКОВ, Маргарита ФИЛАНОВИЧ

Uzbekistan airways , №1- 2009

http://www.uzairways.com/news.aspx?pid=767&ctl=Article&dId=1058&cls=1 )