история
современность

Новости

Миниатюрная живопись Узбекистана как феномен глобального значения

 На протяжении XIX-ХХ столетий европоцентристская концепция развития цивилизации пыталась представить искусство средневекового Востока (VIII-XIX вв.), охватившего огромные территории от Средиземного моря до Индийского океана, как периферийную зону мирового историко-культурного процесса. Это искусство рассматривалось как мистическое, лишенное глубокого художественного содержания явление, что деформировало объективную картину. Сегодня не вызывает сомнения, что художественная культура средневекового Востока является одним из столпов цивилизации, без нее трудно представить общую картину развития мирового искусства. Важнейшая задача, которая стоит перед современными учеными-искусствоведами - осмысление этого уникального наследия - достояния всего человечества. 

                     На перекрестке культур 

Искусство народов стран Востока, обладающее поразительной силой художественной выразительности, на протяжении многих веков дарило миру истинные шедевры творчества в области архитектуры, миниатюры, прикладного искусства, музыки, литературы и поэзии. Президент Ислам Каримов в своем выступлении на открытии Международной конференции "Историческое наследие ученых и мыслителей средневекового Востока, его роль и значение для современной цивилизации" отметил: "О развитой культуре центральноазиатских народов свидетельствуют древние памятники бактрийской, согдийской, орхонской, хорезмийской письменности, настенной живописи и скульптуры, архитектуры и многое другое. И в этом трудно переоценить огромную роль Великого шелкового пути как международной транспортной артерии древности, связывавшей такие страны и регионы, как Китай, Индия и Центральная Азия, Средний и Ближний Восток, Средиземноморье. Этот путь обеспечивал не только торговые связи между этими территориями, но и информационный диалог между континентами и странами, служил проводником новых технологий и новаций, а также культурных ценностей. Тем самым создавая условия для духовного обмена".

Собор Парижской богоматери и мечеть Магокки Аттари в Бухаре, собор Святого Петра в Риме или ансамбль Регистан в Самарканде представляют разные культуры - христианский Запад и мусульманский Восток. Но по духовной значимости, силе образно-эмоциональной экспрессии и красоте форм все они истинные шедевры мировой культуры. Средневековые сооружения Европы и памятники архитектуры Среднего Востока объединяют не только сходство формальных и конструктивных решений, но и величие духа, атмосфера возвышенных чувств и ассоциаций.

Особый взлет культура и искусство ислама получают в государстве Амира Темура и Темуридов, родиной которых является земля Узбекистана. Не случайно эта феноменальная эпоха, отмеченная появлением изумительных по силе художественной выразительности произведений литературы и поэзии, памятников архитектуры, прикладного искусства и миниатюрной живописи, именуется временем "Темуридского Ренессанса". О том, что, по мнению ученых-исследователей, Восток и, в частности, регион Центральной Азии, явился источником двух мощных всплесков научно-культурного подъема в IX-XII и XIV-XV веках, которые по праву признаны мировой научной общественностью как эпоха Восточного Ренессанса, оказавшего свое благотворное воздействие на процессы Возрождения в других регионах мира, говорил и глава нашего государства в своем выступлении на открытии Международной конференции в Самарканде. А совсем недавно на открытии прошедшей там же 99-й сессии Исполнительного совета ЮНВТО Генеральный секретарь Всемирной туристской организации ООН Талеб Рифаи подчеркнул, что "…Ренессанс, эпоха Возрождения, сыгравшая большую роль в истории Европы, на самом деле началась здесь значительно раньше. И с уверенностью можно сказать, что этот регион является местом зарождения современной культуры и цивилизации".

В рамках этого культурного феномена сформировалось и искусство миниатюрной живописи, оказавшее огромное влияние на стиль и творческую манеру многих выдающихся европейских художников. Среди множества ярких имен миниатюристов Бухары, Герата, Самарканда, Исфагана, Тебриза, безусловно, особое место занимает гениальный художник Камолиддин Бехзод, творчество которого расцвело в эпоху меценатствующих темуридских правителей.

                    Вдохновение Востоком 

Многие европейские художники - от титанов Ренессанса до великих мастеров XX века - искали вдохновение в миниатюрной живописи и декоративном искусстве Востока эпохи Темуридов. Особенно это заметно при сравнении творчества двух гениев - Леонардо да Винчи и Камолиддина Бехзода.


Оба великих художника - представители двух ренессансных феноменов - средневосточного и европейского, чье творчество отражает наиболее яркие достижения изобразительной культуры того периода. Они почти ровесники: Бехзод родился в 1450 или 1455 году и умер в 1536-м в Тебризе, могила его неизвестна. Леонардо да Винчи родился в 1452 году и умер в 1519-м во Франции, могила его также неизвестна. Очень близка их творческая судьба - сегодня известно лишь считанное количество точно атрибутированных именем Леонардо да Винчи картин и рисунков. Примерно также обстоит дело и с работами Камолиддина Бехзода - всего три рукописи с его миниатюрами точно можно отнести к авторству художника. Это рукописи, хранящиеся в США (Балтимор), Англии (Британский музей) и России (Санкт-Петербург).

Оба художника работали при дворах меценатствующих правителей и уже при жизни были признаны непревзойденными. Именно по этой причине каждому из них пытались подражать их последователи и ученики. Они работали в разных регионах, социально-политических и экономических условиях, разной была религиозно-культурная атмосфера. Миниатюра темуридского Востока и живопись Европы XV-XVI вв. отличаются и порой даже несопоставимы по размерам, технике исполнения и объемно-пространственным решениям. Тем не менее общность интонаций и тематические соответствия в целом ряде произведений двух великих художников нередко настолько очевидны, что требуют специального рассмотрения.

В целом западно-восточные связи в средневековом искусстве наиболее ярко проявились в Оттоманской империи. В конце XV века гордостью двора Османского султана являлся венецианский художник Джентиле Беллини. Он писал прекрасные портреты в восточном стиле, используя при этом традиции свето-теневой и объемной моделировки, характерной для европейской живописи. Оттоманский султан посылал картины Беллини правителю Герата темуриду Хусейну Мирзе, двор которого также славился покровительством поэзии и искусству, чтобы вызвать на некое соревнование известных мастеров гератской школы, среди которых был и блистательный Бехзод. Нередко художники этих двух центров писали один и тот же портрет, чтобы продемонстрировать свое мастерство в сравнении с другим автором.

Именно Бехзоду Хусейн Мирза поручает принять вызов со стороны Оттоманского султана: в итоге художник создает необычную для миниатюрной живописи серию портретов, в которых ощущается манера европейской живописи XV-XVI вв. Среди них изумительная работа "Дервиш из Багдада", оригинал которой хранится в библиотеке музея Топ Капы в Стамбуле и датируется 1500 годом.

К.Бехзод создает удивительно тонкий психологический образ, тем самым подтверждая мысль о высоком профессионализме мастеров-миниатюристов, знании ими академической традиции рисунка и живописи. Очень удачно автор передает настроение и выражение лица человека, сидящего в смиренной позе уважения и внимания. Белый колпак несколько небрежно обернут чалмой, на плечи накинут простой шерстяной халат "аба", под ним голубая рубашка. Ничто не отвлекает от главного - выразительных глаз, смотрящих на зрителя проницательно, миролюбиво и в то же время несколько загадочно. В это же время был сотворен и шедевр Леонардо да Винчи "Джоконда", также обозначивший собой новое явление в психологическом портрете искусства Европы.

При сравнении портрета Моны Лизы Леонардо с работой Бехзода "Дервиш из Багдада" обнаруживаются характерные общие черты как во внешней трактовке образов, так и в интерпретации мимолетных психологических нюансов. В противоположность античной эстетике, культивировавшей красоту видимого мира и чувственного тела, в работах Камолиддина Бехзода и Леонардо да Винчи отстаивается приоритет духовного начала.

Объяснение причин типологического соответствия или генетической общности в произведениях обоих художников следует искать в общих истоках исторического и культурного генезиса. Именно Коран и Библия - великие книги, выражающие основную суть мировоззрения народов евразийского ареала, являются базовой основой для определения универсальных черт средневекового искусства Востока и Запада.

           Ритмы души и тела 

Интересны смысловые и стилевые параллели всемирно известной картины Матисса "Танец", созданной в начале ХХ века, с не менее известной миниатюрой Бехзода "Танец дервишей". Ритуальный танец "зикр" становится популярным сюжетом в миниатюрах XVI -XVII вв., заполняя фронтиспис (рисунок, помещаемый перед первой страницей книги) рукописей на темы произведений Саади, Хафиза, Навои и других средневековых авторов.

В миниатюре, созданной в 1490 году, ощущается естественная динамика и внутренний духовный порыв, охвативший всех принявших участие в ритуальном действе персонажей. Танцующие - два седобородых старца и двое мужчин средних лет, что символически передается цветовой гаммой их длиннополых халатов: чем ярче цвет, тем моложе персонаж. Вихревое движение танцующей группы художник подчеркивает с помощью извивающихся линий рукавов и змеевидных по пластике разноцветных легких шарфов.

Матисс в своей известной работе "Танец" использует стилистику декоративно-плоскостных форм Бехзода в еще более утрированной форме - усиливает значение контурных линий и локальных цветовых пятен. Однако главный пафос изобразительной идеи в работах Бехзода и Матисса сохраняет общее значение: единение пластики и музыки, слияние ритмов души и тела. Это ощущение составляет ту философско-семантическую основу, которая роднит произведения двух гениев Востока и Запада.

                      Философия дуализма 

Еще одна важная тема, которую отразил в своем творчестве Бехзод, также имеет параллели в европейском искусстве - противостояние добрых и злых сил.

Принцип контрастного сопоставления демонических образов и земных героев широко использовался в картинах многих европейских художников XV-XVII вв. и был направлен на пробуждение или устрашение обывательского сознания. В миниатюре Востока, в том числе самого Бехзода, нередко встречаются сцены борьбы добрых и демонических сил. На одной из миниатюр художника звероподобный демон изображен вырастающим из земли вместе с цветами. В европейском искусстве изображение демона дается с использованием линейной перспективы. Такова картина немецкого художника Михаэля Пахера
"Св. Вольфганг и черт" (XV в.).

Наиболее ярко и впечатляюще этот восточный бестиарий нашел отражение в миниатюре Бехзода "Махан и демоны", иллюстрирующей эпизод из поэмы Низами "Хамсе". На ней изображены демоны-дивы в виде человеческих фигур со звериными мордами и семиглавый дракон. Интересно сопоставить эту миниатюру с величественным панно Пикассо "Герника", основанном на том же принципе эпатажа обывательского сознания с помощью персонификации зла в демонических образах. Безусловно, степень трагического звучания в миниатюре Бехзода и в произведении Пикассо несопоставима, но сама идея возможности торжества зла, угрожающего душевному равновесию и благополучию обывателя, не стареет со временем. В обеих работах используется единый принцип выразительного пластического ритма, позволяющего создать ощущение безысходности и апофеоза разрушительной стихии. Пикассо выводит звучание темы на уровень социального протеста, у Бехзода тема остается в рамках литературно-поэтического сюжета, но эмоциональное воздействие на зрителя и в той, и в другой работе поражает.

                           Поэтика узора 

Эстетика орнаментального стиля, блистательно выраженная во многих работах Бехзода, была оригинально интерпретирована во многих произведениях европейских художников XIX-XX веков. Бехзод также использовал орнамент в качестве украшающего элемента, но как истинный мастер не ограничивался функцией узора и вводил его в ткань основных изображений. Примером блистательного синтеза фигуративного и орнаментального начал может служить изысканная композиция "Юноша среди цветущих ветвей", созданная художником в 1480 году. Фигура будто сливается с орнаментом, образуя некую яркую пластическую метафору, поэтически воспевающую торжество жизни и красоты. Прием слияния орнамента и фигуры человека стал ведущим пластическим лейтмотивом в творчестве известного австрийского художника-живописца и монументалиста Густава Климта. В его картине "Три возраста" (1909 г.), изображающей три обнаженные фигуры - пожилой женщины, молодой матери и ее маленькой дочери, можно видеть виртуозное вкрапление узора в философскую и пластическую концепцию автора. Как и в миниатюре Бехзода, он символизирует мажорное, жизнеутверждающее начало, связанное с животворящей силой природы.

Естественно, что традиции миниатюрной живописи средневекового Востока, оказавшие значительное влияние на формирование эстетики искусства Западной Европы XVII-XX вв., для искусства современного Ближнего и Среднего Востока, а также Центральной Азии являются основополагающими. Это отчетливо наблюдалось в творчестве художников стран арабского Востока, Турции и Ирана, обучавшихся в конце XIX - начале XX века в Европе и пытавшихся сочетать традиции миниатюрной живописи и западноевропейского искусства.

          Преемственность традиций 

В искусстве Узбекистана наследие великих мастеров средневекового Востока также прослеживается в творчестве многих художников. Так, в работах, созданных в двадцатых годах прошлого века, некоторые из них стремятся выразить свою философскую и художественную концепцию восприятия Востока как поэтического и одновременно экзотического мира грез с помощью грациозной пластики линий и экспрессии цвета, основываясь на эстетике миниатюрной живописи. Однако в последующих условиях диктата соцреализма и борьбы с феодальным прошлым традиции миниатюрной живописи были надолго преданы забвению. Но даже в то время нередки были случаи, когда, не боясь негативной реакции властей, художники создавали картины, наполненные эстетикой восточной миниатюры. Такова, например, широко известная картина Ж.Умарбекова "Навои и Хусейн Байкара", написанная в 1974 году. Многое из живописных открытий этой ранней картины как итог симбиоза приемов миниатюры и иконописи перешло затем в последующие работы автора. Особая нежность, мягкая лирическая тональность и теплота человеческих чувств в сочетании с оригинальной живописной манерой произвели на зрителей того времени ошеломляющее впечатление.

В связи с бурным процессом роста национального самосознания на рубеже XX-XXI вв. в творчестве художников Центральной Азии наблюдается активное обращение к собственной национальной истории, религии и поэтике традиционной культуры. Это породило новый всплеск интереса к традициям миниатюрной живописи средневекового Востока в Узбекистане. Усилиями большой группы молодых художников восточная миниатюра возрождается в прежних формах. Используя такие материалы, как папье-маше, бумага, кожа, современные мастера пытаются копировать лучшие образцы великих миниатюристов средневекового Востока. А также, не меняя принципов миниатюрной живописи, создают работы, проникнутые авторскими интонациями. С другой стороны, искусство восточной миниатюры оказывает сильное влияние на так называемую новую волну живописцев, которая сформировалась в период независимости как альтернатива прежним традициям соцреализма. Именно в этой среде эстетика миниатюры средневекового Востока получает новую творческую интерпретацию и позволяет художникам использовать широкий спектр пластических метафор и поэтических иносказаний. Отношение к Востоку как таинственному и непознанному миру вдруг отчетливо и контрастно прорисовывается у живописцев поколения 80-90-х годов.

Таким образом, великое наследие средневекового Востока не теряет своей животворной силы и в современном искусстве стран, географически входящих в историко-культурное понятие "Восток".

Долгое время миниатюрная живопись эпохи Темуридов и ее блистательные представители изучались по преимуществу в рамках этой культурно-исторической и географической зоны. Между тем восточная миниатюра как феномен глобального значения, безусловно, должна рассматриваться и в контексте общемирового художественного процесса. В целом же искусство эпохи Темуридов оказало огромное влияние на развитие всего мирового искусства. В произведениях европейских художников XX века мы обнаруживаем много из того, что ранее было сделано мастерами Востока этой поры. Из калейдоскопа разбросанных по регионам и эпохам артефактов составляются уникальные картины, раскрывающие идею универсальности мирового искусства. В этих сложных переплетениях общего и особенного в ментальности художников Востока и Запада и складывается уникальность мирового художественного процесса, лишь подтверждающая, что у истинного таланта нет границ.

Как отмечал Президент Ислам Каримов в своем выступлении на открытии Международной конференции "Историческое наследие ученых и мыслителей средневекового Востока, его роль и значение для современной цивилизации", гениальные труды и наследие выдающихся ученых и мыслителей средневекового Востока - достояние не только одной нации или народа, а всего человечества. Это бесценный дар, источник мудрости и знаний для новых поколений людей и прекрасный материал для новых открытий.

Акбар Хакимов.

Доктор искусствоведения, академик
Академии художеств Узбекистана.

 Цветные иллюстрации смотрите по ссылке на источник: http://pv.uz/culture/17291 


31.10.2014 21:00
Опубликовано:

http://www.jahonnews.uz/rus/rubriki/kultura/miniatyurnaya_jivopis_uzbekistana_kak_fenomen_globalnogo_znacheniya5464654.mgr 

2014-11-01